За нарушение карантина – уголовная ответственность
31 января 2020 г. Правительство РФ внесло новую коронавирусную инфекцию 2019-nCoV в список опасных для окружающих заболеваний, а уже 1 апреля был принят Федеральный закон № 100-ФЗ (далее – Закон № 100-ФЗ), согласно которому ст. 236 («Нарушение санитарно-эпидемиологических правил») УК РФ претерпела существенные изменения.
Правовые основы привлечения к ответственности по ст. 236 УК РФ
Санитарно-эпидемиологические правила – это совокупность нормативных правовых актов, устанавливающих критерии безопасности и безвредности для человека факторов среды его обитания и требования к обеспечению благоприятных условий жизнедеятельности. Основными правовыми актами по данному вопросу являются Федеральный закон от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (в ред. от 13 июля 2020 г., далее – Закон № 52-ФЗ) и Постановление Правительства РФ от 24 июля 2000 г. № 554 (в ред. от 15 сентября 2005 г.), которым утверждено Положение о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании.
В соответствии с Законом № 52-ФЗ граждане обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений и предписаний должностных лиц, осуществляющих государственный санитарно-эпидемиологический надзор (ст. 10). К числу таких актов относятся, в частности, постановления главных государственных санитарных врачей и их заместителей о госпитализации для обследования или об изоляции больных инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и лиц с подозрением на такие заболевания, а также о госпитализации или об изоляции граждан, контактировавших с больными инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих.
Больные инфекционными заболеваниями и контактировавшие с ними лица, лица с подозрением на такие заболевания, а также являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению, а в случае если они представляют опасность для окружающих, – обязательной госпитализации или изоляции в установленном порядке (п. 1 ст. 33 Закона № 52-ФЗ).
Совокупность указанных нормативных актов представляет собой правовую основу для привлечения к уголовной ответственности по ст. 236 УК за нарушение санитарно-эпидемиологических правил лицом, инфицированным COVID-19.
Изменения, внесенные в ст. 236 УК РФ Законом № 100-ФЗ
С вступлением в силу Закона № 100-ФЗ диспозиция ч. 1 ст. 236 УК стала выглядеть следующим образом: «Нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности массовое заболевание или отравление людей либо создавшее угрозу наступления таких последствий». То есть если человек нарушил санитарно-эпидемиологические правила и его действия привели к массовому заражению либо создали угрозу этого, его действия фактически могут квалифицироваться как преступление. Ключевая формулировка здесь – «угроза наступления» последствий. Это значит, что формально к уголовной ответственности может быть привлечен любой человек, зараженный COVID-19, который знал о том, что инфицирован, и, несмотря на это, покинул стационар либо место самоизоляции.
Это крайне существенные изменения, поскольку угроза, как и массовое заражение людей, являются оценочными признаками преступления, и как они могут быть оценены – большой вопрос.
Тем не менее Верховный Суд РФ в Обзоре № 2 от 30 апреля 2020 г. по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции, привел разъяснения, касающиеся указанных оценочных признаков. В частности, при решении вопроса об отнесении заболевания (отравления) к массовому следует учитывать не только число заболевших, но и тяжесть заболевания. Для определения масштабов заболевания суд вправе привлечь специалистов (например, представителей органов исполнительной власти, уполномоченных осуществлять государственный санитарно-эпидемиологический надзор или надзор в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека).
Уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее угрозу наступления указанных последствий, может наступать только в случае реальности этой угрозы, когда массовое заболевание не произошло лишь благодаря вовремя принятым органами государственной власти и местного самоуправления, медработниками и другими лицами мерам по предотвращению распространения заболевания или в результате иных обстоятельств, не зависящих от воли лица, нарушившего указанные правила.
Изменения коснулись и санкции ст. 236 УК. Так, если ранее максимальным наказанием за совершение преступления, предусмотренного ч. 1, было ограничение свободы сроком до одного года, то теперь это лишение свободы на срок до двух лет. Максимальный штраф за совершение данного преступления также вырос на порядок – с 80 тыс. до 700 тыс. руб.
Элементы состава преступления по ст. 236 УК
Общественная опасность преступления, предусмотренного ст. 236 УК, состоит в том, что игнорирование санитарных правил, норм и гигиенических нормативов приводит к распространению массовых заболеваний. Субъект преступления может быть как специальный, так и общий – физическое лицо, вменяемое, достигшее ко времени совершения преступления 16 лет (ч. 2 ст. 20 УК). Что касается специального субъекта, это может быть должностное лицо, в чьи обязанности входит соблюдение санитарно-эпидемиологических правил. То есть к субъектам могут относится не только заболевшие, которые стали источником распространения инфекции, но и иные лица при невыполнении требований, обусловленных спецификой должностной или профессиональной деятельности.
Субъективная сторона преступления представляет собой прямой умысел по отношению к деянию и неосторожность по отношению к последствиям: то есть лицо осознает, что нарушает правила, желает совершить эти действия, предвидит наступление общественно опасных последствий, но самонадеянно рассчитывает на их предотвращение либо не предвидит их, хотя должно было и могло.
Объектом преступления является здоровье населения. Объективная сторона преступления характеризуется нарушением установленных санитарно-эпидемиологических правил, которое может выражаться в совершении активных действий (выпуск и реализация некачественных товаров, пищевых продуктов, представляющих опасность для человека; нарушение научно обоснованных физиологических норм при организации питания в общеобразовательных учреждениях; использование опасных способов захоронения отходов производства; превышение предельно допустимого уровня воздействия на человека шума, вибрации в период работы; спуск сточных вод на территории зоны санитарной охраны водопроводов хозяйственно-питьевого назначения; нарушение предельно допустимых концентраций химических веществ в водном объекте, используемом для спортивных мероприятий и т.п.), а также в бездействии (непроведение обезвреживания отходов потребления; необеспечение безопасных условий труда; неосуществление ограничительных мероприятий на основании предписаний главных государственных санитарных врачей; уклонение от карантинных мероприятий, от изоляции и госпитализации инфекционных больных и т.п.).
До изменения ст. 236 УК имела материальный состав (преступление считалось оконченным с момента наступления последствий, указанных в диспозиции статьи (массовое заболевание или отравление людей)). После внесения в статью поправок ее состав изменился – стал формальным: теперь преступление считается оконченным с момента создания угрозы массового заболевания или отравления.
Кроме того, следует понимать, как разграничивать уголовную ответственность по ч. 2 ст. 236 УК и административную – по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ.
Правоприменительная практика по новой редакции ст. 236 УК
С момента изменения ст. 236 УК в апреле 2020 г. и до настоящего времени в СМИ периодически встречаются упоминания о привлечении к уголовной ответственности граждан, нарушивших санитарно-эпидемиологические правила (чаще всего это было нарушение карантина гражданами, больными COVID-19, или теми, у кого было подозрение на наличие коронавируса). Например, 9 апреля 2020 г. в отношении 36-летнего жителя г. Апатиты Мурманской области было возбуждено уголовное дело о нарушении карантина (ч. 1 ст. 236 УК). Мужчина вернулся из-за границы и почувствовал себя плохо, однако не стал обращаться за медпомощью и продолжил ходить на работу. 21 марта его госпитализировали – подтвердился коронавирус. «Действия подозреваемого повлекли за собой массовое инфицирование граждан коронавирусной инфекцией», – утверждают в МВД, не уточняя число зараженных.
12 апреля 2020 г. МВД Якутии возбудило уголовное дело о нарушении карантина (ч. 1 ст. 236 УК) в отношении 49-летнего жителя г. Алдан, который по возвращении в республику получил предписание Роспотребнадзора о самоизоляции, но не стал соблюдать его. «Мужчина посещал общественные места г. Алдана и контактировал с достаточно широким кругом граждан. На данном этапе удалось их установить и изолировать в обсерватор», – отметили в МВД. Самого подозреваемого госпитализировали в инфекционное отделение центральной районной больницы.
23 апреля 2020 г. в г. Липецке было возбуждено уголовное дело о нарушении карантина (ч. 1 ст. 236 УК) из-за побега 62-летнего мужчины из больницы, куда он был госпитализирован с диагнозом COVID-19. Инцидент произошел 19 апреля. Вскоре сотрудники ППС нашли пациента и передали его скорой помощи для возвращения в стационар.
В январе 2021 г. возбужден ряд уголовных дел за нарушение санитарно-эпидемиологических правил в отношении лиц, которые были заражены коронавирусом и участвовали в несогласованных митингах в российских городах.
Таким образом, можно сделать вывод, что ст. 236 УК работающая, и привлечение к ответственности по ней часто практикуется правоохранителями, особенно после внесения поправок в 2020 г.
В заключение отмечу, что если гражданин, инфицированный COVID-19 или контактировавший с таким лицом и обязанный в силу вынесенного постановления, предписания соблюдать санитарно-эпидемиологические правила, включая ограничения, умышленно их не выполняет (например, зная о своем заболевании или контакте с заболевшим, нарушает режим, посещает общественные места и т.п.), то в случае наступления общественно опасных последствий, указанных в диспозиции ч. 1–3 ст. 236 УК, находящихся в причинно-следственной связи с допущенными нарушениями эпидемиологических правил, он несет уголовную ответственность.
Нагуляют на статью
Как пояснил Верховный суд России, если гражданин, зная о своем заболевании или контакте с заболевшим, нарушает режим изоляции, посещает общественные места, пользуется общественным транспортом и т.п., он может быть привлечен к уголовной ответственности. Условия два: следствию необходимо доказать, что возникла реальная угроза массового заболевания людей. Второе: человек должен официально находиться на карантине, то есть получить соответствующее предписание.
Для прогулок с вирусом предусмотрена специальная статья в УК. Как пояснила член Ассоциации юристов России Венера Шумлянская, поездка на автобусе человека, обязанного соблюдать карантин, неважно, болен он COVID-19 или только контактировал, может стать поводом для уголовного дела только при наступлении негативных последствий или возможности их наступления.
В свою очередь, адвокат Ольга Евстропова напоминает, что статья 236 УК наказывает за нарушение санитарно-эпидемиологических правил. Если в результате опасной прогулки никто не погиб, а «всего лишь» вспыхнуло массовое заболевание или только возникла такая угроза, носителя заразы могут отправить за решетку на срок до двух лет. Впрочем, нарушитель карантина может отделаться и наказанием в рамках КоАП, если угрозы не возникло. Допустим, вынес мусор и ни на кого не чихнул. Это нарушение закона, но санкции мягче.
На практике бывают ситуации, когда человек официально не болен: температура уже есть, но результатов теста еще нет. В некоторых регионах у заболевшего человека далеко не сразу берут тест. Как быть человеку и его близким, если есть большое подозрение на коронавирус, но юридически легкие больного еще чисты от опасной заразы?
По ее словам, в таких условиях привлечение к уголовной ответственности по статье 236 УК РФ за поездки в общественном транспорте невозможно. И все-таки лучше остаться дома: не из страха перед Уголовным кодексом, а из уважения к голосу разума.
В целом Верховный суд сделал в новом обзоре немало важных разъяснений, например, защитил право бригад скорой помощи на специальные доплаты.
Сам себе адвокат
защита прав в суде без адвоката
Уголовная ответственность по ст.236 УК РФ
Уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил
Уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правилС 01.04.2020 года действует новая редакция ст. 236 УК «Нарушение санитарно-эпидемиологических правил». В ч. 1 этой статьи появился новый состав — нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее угрозу наступления таких последствий ( т.е. состав с косвенным умыслом) и было ужесточено наказание по всем составам закрепленным в этой норме.
Осуждение по ст. 236 УК РФ лица, виновного в нарушении карантинных правил, возможно только при условии доказанности наступления вредных последствий именно от его виновных действий или бездействия. Действия могут иметь место в форме уклонения от карантинных мероприятий, от изоляции или госпитализации и т. п. Бездействие проявляется в несоблюдении предписаний, установленных санитарными правилами, процедур или других обязанностей. Например, в непроведении ограничительных мероприятий (карантина) на основании предписаний главных санитарных врачей и т. п.
Вредные последствия состоят в «массовом заболевании людей» либо смерти человека.
С учетом сказанного установить прямую причинную связь между вирусоносительством (даже болезнью) одного человека и заражением другого научная доктрина в настоящее время не позволяет.
Реальная угроза заражения может быть доказана только судебно-комплексной, судебно-эпидемической экспертизами. А именно исследованиями экспертов и специалистов-инфекционистов, проведенными даже до возбуждения уголовного дела (ч. 4 ст. 195 УПК), так как у любого теста есть вероятность ложно положительного результата.
Положительных результатов теста на наличие инфекционного агента в организме подзащитного, предшествовавших нарушению карантинных правил, для возбуждения уголовного дела будет недостаточно. Потому что между положительным тестом и нарушением карантинных правил могло пройти достаточно времени для излечения либо имелась вероятность наступления периода, когда инфекционный агент у гражданина не выделялся в «эпидемически значимых количествах».Ответ на вопрос о заразности подзащитного может быть получен исключительно экспертным путем.
Гражданин привлекаемый к уголовной ответственности по ст.236 УК РФ должен заявить ходатайства:
Кроме этого, имеет смысл получить заключение специалиста по профилю санэпиднадзора с оценкой всех полученных стороной защиты данных.
Такие экспертизы могут проводиться должностными лицами санэпиднадзора, организациями, аккредитованными в соответствии с законодательством об аккредитации в национальной системе аккредитации, и экспертами, аттестованными в установленном Правительством РФ порядке (Федеральный закон от 28.12.2013 № 412 ФЗ «Об аккредитации в национальной системе аккредитации», постановление Правительства РФ от 29.12.2014 № 1602 «О порядке аттестации экспертов на право проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований»).
Доказывание «массового заболевания» даже в условиях инфекционной больницы затруднено, так как любой вывод будет носить вероятностный характер.
При отсутствии достоверной даты заражения причинная связь между нарушением карантина и заражением разрывается, и этого достаточно для прекращения уголовного преследования. Подследственному нужно противостоять простым словесным обвинениям. Кроме того, он должен пытаться обосновать невозможность заражения при конкретных обстоятельствах встречи. Например- передача вируса COVID-19 воздушно-капельным путем при температуре окружающего воздуха выше 35 °С практически исключается. Можно найти и другие научные аргументы.
Если обвинение состоит в том, что гражданин умер либо умерли несколько человек вследствие заражения от обвиняемого, то, кроме доказательства заражения от обвиняемого, стороне обвинения нужна судебно-медицинская экспертиза с категорическим выводом о криминальной причине смерти. Возможно, вывод экспертизы о причинах смерти от инфекционного заболевания будет носить вероятностный характер либо экспертами не будет исследована возможность другой причины смерти — сопутствующего заболевания. В таком случае подследственному нужно привлечь специалиста, который поможет соотнести негативные выводы экспертов с исходными данными патолого-анатомического исследования трупа.
В законе нет четкого определения массового заболевания. Возникает вопрос: какова должна быть массовость? Из разных нормативных актов можно вывести два подхода к определению массовости.
Массовое заболевание — заболевание группы людей на определенной территории, требующее медицинского вмешательства. Заболевание следует считать массовым, если число заболевших превышает количество пациентов, которое по нормам или на практике может быть принято врачом в течение рабочего дня.
Под массовым заболеванием людей понимаются заболевания, распространенность которых явно превышает средний уровень заболеваемости данной болезнью за определенный период на данной территории.
Так как между этими двумя определениями есть большая разница в подходах, то аргументация подследственного должна различаться в зависимости от определения, принятого стороной обвинения.
«В ВОЗ разъяснили отличие вызванного коронавирусом заболевания от сезонного гриппа», сообщение от 07.03.2020 // tass.ru.
Заражение COVID-19 далеко не всегда требует медицинского вмешательства. Базовое репродуктивное число — это ожидаемое количество вторичных случаев заражения, вызванных одной инфекцией (одним лицом) в полностью восприимчивой популяции. Иначе говоря, оно показывает, сколько человек в среднем заражает один больной. По данным ВОЗ — 2.0—2.55, по другим источникам — около (менее) 46, причем в полностью восприимчивой популяции, которой в природе не существует. Поэтому обвинению будет трудно доказать, что человек создал опасность заражения достаточного количества лиц.
По второму определению реальность угрозы, со всей очевидностью, вовсе недоказуема. Карантинные меры вообще эффективны при согласованных действиях значительных масс людей. Индивидуальные нарушения на течение эпидемии никак не влияют. Именно поэтому не бывает рукотворных эпидемий. Любая вспышка при бактериологических авариях быстро гаснет. По какой причине в одном случае эпидемия возникает, а в других нет, ученым не до конца понятно и сегодня. Реальность угрозы массового заражения от одного конкретного человека доказать с научных позиций невозможно.
В соответствии со ст.1 ФЗ РФ №52 от 30.03.1999 года «. санитарно-эпидемиологические требования — обязательные требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц и граждан, несоблюдение которых создает угрозу жизни или здоровью человека, угрозу возникновения и распространения заболеваний и которые устанавливаются государственными санитарно-эпидемиологическими правилами. »
В 80% случаев, по официальной статистике ВОЗ, медицинского лечения не требуется и заболевание проходит само по себе.
Таким образом, нарушение санитарно-эпидемиологических правил само по себе в силу закона создает «угрозу». В новой редакции ч. 1 с. 236 УК РФ виновный умышленно (с косвенным умыслом) своими действиями (бездействием), осознавая общественную опасность своего деяния и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в форме наступления угрозы массового заболевания, не желает, но сознательно допускает эту угрозу либо относится к ней безразлично (ч. 3 ст. 25 УК).
ВС РФ во всех подобных случаях требует от обвинения доказательств реальности возникновения опасности наступления вредных последствий.
Другой немаловажный вопрос для определения наличия состава преступления, это вопрос о том, какие санитарно-эпидемиологические правила нужно нарушить, чтобы совершить это преступление? Для уяснения сути санитарно-эпидемиологических правил, нарушение которых образует состав преступления, нужно обращаться к различным нормативно-правовым актам, общий перечень которых составляет несколько сотен документов.
Основными правовыми актами по данному вопросу является Закон № 52 ФЗ, и Положение о федеральном государственном санитарно-эпидемиологическом надзоре (утв. постановлением Правительства РФ от 05.06.2013 № 476).
Согласно п. 2 ст. 31 Закона № 52-ФЗ, «ограничительные мероприятия (карантин) вводятся (отменяются) на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей решением Правительства Российской Федерации или органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, органа местного самоуправления, а также решением уполномоченных должностных лиц федерального органа исполнительной власти или его территориальных органов».
В силу ст. 1 Закона № 52 ФЗ «ограничительные мероприятия (карантин) — административные, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на предотвращение распространения инфекционных заболеваний и предусматривающие особый режим хозяйственной и иной деятельности, ограничение передвижения населения, транспортных средств, грузов, товаров и животных».
Согласно п. 1.7 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.4.2318-08, карантинные мероприятия, обязательные для граждан, вводятся нормативными актами Роспотребнадзора. Иначе говоря, сначала должен быть издан акт Роспотребнадзора с описанием карантинных мер и лишь потом акт региональной или федеральной власти.
Такое постановление Главного государственного санитарного врача РФ от 02.03.2020 № 5 «О дополнительных мерах по снижению рисков завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (2019-ncov)» имеется. Однако в нем не предусмотрены карантинные меры, упомянутые в санитарных правилах. Единственный акт, в котором данные меры есть для конкретных граждан, — это постановление Главного государственного санитарного врача РФ от 18.03.2020 № 7 «Об обеспечении режима изоляции в целях предотвращения распространения COVID-2019» установившее обязательные для граждан санитарно-эпидемиологические правила.
Отсюда, режим повышенной готовности, введенный Указом № 12-УМ и дополненный указом мэра Москвы от 23.03.2020 № 26 УМ и аналогичными нормативными актами других регионов в соответствии с Федеральным законом от 24.12.1994 № 68 ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характер», не позволяет ограничивать права граждан (о чем прямо указано в п. 10 ст. 4.1), но дает право ограничивать работу предприятий. Поэтому преамбула Указа № 12-УМ, как представляется, не позволяет отнести его к актам, устанавливающим карантин, и закрывает возможность для расширительного толкования судами дефиниции «передвижение населения», взятой из другого закона. Термин и определение самоизоляции впервые появились в документе ВОЗ «Временные рекомендации по планированию и организации массовых мероприятий в период пандемии гриппа (H1N1) 2009», доведенном Роспотребнадзором письмом от 23.11.2009 № 01/17622-9-32 со статусом «для сведения».
Соответственно, Указ № 12-УМ, как схожие акты в других регионах, полагаю, не может считаться обязывающим жителей региона соблюдать «самоизоляцию» и «не покидать места проживания (пребывания)», поскольку такие карантинные меры не предусмотрены законодательством.
Субъектом этого преступления специальный — лицо, на котором лежит обязанность соблюдать или обеспечивать соблюдение санитарно-эпидемиологических правил.
К числу нарушителей относятся граждане, чье поведение регулируется предписаниями должностных лиц Роспотребнадзора или должностных лиц, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, адресованными или врученными им лично. Поскольку при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, на основании ст. 50 Закона № 52 ФЗ и Постановления № 7 имеют право требовать и давать обязательные для исполнения в установленные сроки предписания о проведении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, медицинского наблюдения, медицинского обследования, изоляции и (или) госпитализации, а также о выполнении работ по дезинфекции в очагах инфекционных заболеваний, на территориях и в помещениях, где имеются и сохраняются условия для возникновения или распространения инфекционных заболеваний.
Поэтому лица, нарушившие предписания санэпиднадзора о своей изоляции в больнице или ином месте изоляции (на дому, в гостинице и пр.), — субъекты ответственности по ст. 236 УК РФ.
Нарушение самоизоляции неинфицированным лицом не образует состава преступления, как и нарушение требования «не покидать места проживания (пребывания)». От таких нарушений не возникает никаких вредных последствий, а опасность собственного заражения субъекта ответственности не входит в состав преступления
Итак, если к уголовной ответственности привлекают лицо за то, что оно нарушило адресованное ему предписание Роспотребнадзора об изоляции и других мерах карантина, гражданину следует опровергать признаки состава преступления. В первую очередь связь между действиями (бездействием) нарушителя и вредными последствиями, а также отсутствие создания опасности. Эпидемиология является наукой о массах людей. Конкретные же заражения и действия отдельных лиц относятся к обычной медицине.
Из сказанного следует, что лица, нарушившие предписание санэпиднадзора о своей изоляции в больнице или ином месте изоляции (на дому, в гостинице и т. д.) являются субъектами состава преступления, предусмотренного ст. 236 УК РФ.
Зачастую действия граждан не содержат никакой эпидемически значимой опасности.
Доказывание «массового заболевания» даже в условиях инфекционной больницы затруднено, так как любой вывод будет носить вероятностный характер. Обвинительный приговор возможен, пожалуй, только в исключительном случае — для так называемого нулевого пациента, то есть единственного заболевшего, который сбежал из инфекционного бокса
Уголовная ответственность за распространение коронавируса
Для того чтобы понять, кто именно и за что конкретно может быть привлечен к уголовной ответственности по ст.236 УК РФ, необходимо проанализировать действующее законодательство.
C 01.04.2020 ст. 236 УК действует в новой редакции. Это материальный состав. Деяние представляет собой действия или бездействие, состоящие в нарушении санитарно-эпидемиологических правил. Основным криминообразующим признаком этой нормы являются общественно опасные последствия в виде массового заболевания или отравления людей (по ч. 2 ст. 236 УК — смерти человека), которые должны находиться в причинно-следственной связи с вышеописанным деянием. В отсутствие таких последствий нарушение санитарно-эпидемиологического законодательства влечет административную ответственность.
В соответствии с новой редакцией ст. 6.3 КоАП «Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения», ч. 2 и 3 новой ст. 20.6.1 «Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения».
Однако установить массовый характер заболевания или отравления следствие и суд могут иногда и самостоятельно.
Массовое заболевание — это заболевание группы людей, сосредоточенных на определенной отдельно взятой территории. Заболевание следует считать массовым, если число заболевших превышает количество пациентов, которое по нормам или на практике может быть принято врачом в течение рабочего дня. Превышение данной нормы в несколько раз говорит о массовости заболевания. Однако, все же при решении вопроса о массовом характере заболевания или отравления лучше опираться на показания (заключение) представителей Роспотребнадзора.
Для признания массовым инфекционного заболевания необходимо зафиксировать превышение среднего порога распространения соответствующей болезни в определенный период
Субъективная сторона этого преступления — вина в форме неосторожности. В большинстве случаев совершения рассматриваемого преступления имеет место небрежность. Виновный не предвидит возможности наступления массового заболевания или отравления людей, но в силу профессиональных или должностных обязанностей должен был и мог ее предвидеть.
Если в должностные обязанности работника не входит соблюдение или обеспечение соблюдения санитарных правил, суды, как правило, постановляют оправдательный приговор.
Лица, в чьи служебные обязанности входит соблюдение санитарно-эпидемиологических правил, могут нести уголовную ответственность наряду со ст. 236 УК РФ по нормам о служебных преступлениях, а также нести ответственность в целом за все допущенные нарушения профессиональных обязанностей по иным статьям УК.
Однако, из диспозиции статьи прямо не следует, что субъектом преступления может быть только должностное или иное «профессиональное» лицо. С учетом того, что на граждан, прибывших из стран с коронавирусом, а также уже инфицированных, властями наложены обязанности по соблюдению режима самоизоляции и обязательного лечения, то субъектом преступления по ст. 236 УК РФ может стать любое лицо, достигшее 16 лет.
За нарушение каких правил наступает уголовная ответственность?
В соответствии с Федеральным законом от 30.03.1999 № 52 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и Положением о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании (постановление Правительства РФ от 24.07.2000 № 554) санитарно-эпидемиологические правила (санитарные правила) — это закрепленные в нормативных правовых актах, обязательные для граждан санитарно-эпидемиологические требования к обеспечению безопасности или безвредности для человека факторов среды обитания, условий деятельности юридических и физических лиц, используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств, несоблюдение которых создает угрозу жизни или здоровью человека, а также угрозу возникновения и распространения заболеваний. Данные правила устанавливаются и Роспотребнадзором. Они могут включать обязательства по соблюдению изоляции больными инфекционными заболеваниями, лицами с подозрением на такие заболевания, лицами, контактировавшими с больными инфекционными заболеваниями, а также лицами, являющимися носителями возбудителей инфекционных болезней.
С момента начала эпидемии коронавируса было принято несколько нормативных правовых актов, предусматривающих санитарные требования. Это постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 24.01.2020 № 2, постановление от 02.03.2020 № 5.
Однако, только постановление Главного государственного санитарного врача РФ от 18.03.2020 № 7 установило обязательные для граждан санитарно-эпидемиологические правила. Именно этот документ является основным при изучении вопроса об уголовной ответственности по ст. 236 УК РФконкретного гражданина.
Постановлению № 17 обязывает всех лиц, прибывших на территорию РФ, незамедлительно сообщать о своем возвращении в РФ, месте, датах пребывания за рубежом, контактную информацию, включая сведения о месте регистрации и месте фактического пребывания, а также выполнять требования по изоляции в домашних условиях (нахождению в изолированном помещении, позволяющем исключить контакты с членами семьи и иными лицами, не подвергнутыми изоляции) сроком на 14 календарных дней со дня прибытия на территорию РФ. Данное постановление вступило в силу с момента официального опубликования, то есть с 19.03.2020 и распространяется на всех граждан, прибывших из-за рубежа, начиная с обозначенной даты.
Постановление ГСВ РФ от 18.03.2020 № 7 установило обязательные для граждан санитарно-эпидемиологические правила
Если лицо, прибывшее на территорию РФ после указанной даты, не выполнит требование по изоляции в домашних условиях, оно должно считаться нарушившим санитарные правила, за что предусмотрена административная ответственность.
Уголовная ответственность возможна только при наступлении в результате нарушения указанных правил общественно опасных последствий, описанных в ст. 236 УК: по ч. 1 — массового заболевания или отравления людей, по ч. 2 — смерти человека.
Важно понимать, что коронавирус и заболевание COVID-19 — это связанные, но все-таки разные понятия. Они соотносятся, как ВИЧ-инфекция и СПИД. Лицо, контактировавшее с нарушителем режима изоляции, может заболеть COVID-19 после контакта с ним, но заразиться коронавирусом до этого момента при других обстоятельствах, в том числе путем занесения его с необработанных уличных поверхностей.
Даже если допустить, что правоохранительным органам совместно с судебно-медицинскими экспертами и Роспотребнадзором удастся достоверно определить весь путь распространения коронавируса от лица, нарушившего режим изоляции, до потерпевших, все равно остаются сомнения в возможности его признания виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 236 УК РФ, поскольку текущая эпидемиологическая обстановка осложняет установление предусмотренных указанной нормой последствий. Признать последствием массовое заболевание контактировавших с лицом, нарушившим режим изоляции, в условиях повсеместного распространения болезни едва ли возможно. Массовый характер заболевания COVID-19 уже предопределен объявленной пандемией коронавируса. Кроме того, этот состав предполагает наличие соответствующих субъективных признаков, содержание которых не вполне очевидно.
Таким образом, на текущий момент привлечь к уголовной ответственности лицо, обязанное соблюдать изоляцию, установленную в Постановлении № 17, по ст. 236 УК РФ крайне затруднительно, если вообще возможно. Позиция защиты по такой категории дел должна основываться на отсутствии субъективных признаков состава преступления по выше названным обстоятельствам.
Новая редакция статьи 236 УК граничит с объективным вменением, что недопустимо в уголовном законе
Уголовная ответственность по новой редакции статьи 236 УК
Согласно новой редакции ч. 1 ст. 236 УК, привлекать к ответственности предполагается за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее угрозу массового заболевания или отравления людей. То есть появился альтернативный состав преступления.
Конструирование нового состава по такому типу (создание реальной опасности) может быть связано с желанием преодолеть вышеописанные проблемы с установлением причинно-следственной связи между нарушением санитарных правил и наступлением указанных в законе последствий. Составы создания опасности относятся к формальным, а это значит, что для их вменения необязательны общественно опасные последствия и причинная связь.
Рассматриваемый состав преступления должен отличаться от имеющегося состава административного правонарушения (ст. 6.3 КоАП). Это отличие заключается в наличии признака общественной опасности преступного деяния, который обусловлен психическим отношением виновного к созданию угрозы массового заражения или отравления людей. Вина при этом в соответствии со ст. 24 УК может быть в форме как умысла, так и неосторожности.
Небрежность, характерная для лиц, в чьи профессиональные или должностные обязанности входит предвидение последствий, прямо предполагается анализируемым составом. Иные виды умысла и легкомыслие, применительно к потенциальным и реальным вирусоносителям, обязанным соблюдать режим изоляции, они также возможны, но их волевой элемент будет во многом определяться объективными обстоятельствами.
Создание угрозы массового заражения или отравления людей означает возникновение такой ситуации, которая повлекла бы предусмотренные законом вредные последствия, если бы они не были предотвращены вовремя принятыми мерами или иными обстоятельствами, не зависящими от воли лица, нарушившего санитарные правила. Независимо от того, желает ли виновный, чтобы такая угроза возникла, относится ли он к ее возникновению безразлично или же без достаточных оснований рассчитывает, что она не наступит, ее наличие, как правило, будет зависеть от текущей эпидемиологической обстановки и определяться Роспотребнадзором, что в определенном смысле граничит с объективным вменением.
Чтобы доказать массовый характер заболевания обвинению нужно опираться на показания (заключение) представителей Роспотребнадзора.
Даже если правоохранительным органам совместно с судебно-медицинскими экспертами и Роспотребнадзором удастся определить весь путь распространения коронавируса от лица, нарушившего режим изоляции, до потерпевших, все равно остаются сомнения в возможности его признания виновным по статье 236 УК РФ
